Николай Паратнев: «Номер один» ко многому обязывает!

В нашей команде «ПАТРИОТ-НН» (ПОДА) – новый игрок в футболе, голкипер: участник Специальной военной операции, кавалер ордена мужества, образцовый семьянин и просто замечательный человек Николай Георгиевич Паратнев.

При выполнении одной из боевых задач в Луганской народной республике Николай Георгиевич потерял руку, но это не сломило его волю и характер. К тренировкам нашей команды он подключился с огромным желанием и по праву стал «номером один»!

Знакомимся!

— Николай Георгиевич, расскажите немного о себе. Где родились, учились, работали?
— Родился я в Сибири, в Омской области. А когда мне было 7 лет, семья переехала в Нижний Новгород. Закончив школу, ушел на срочную службу. Отслужил два года на Северном Кавказе. Вернулся, отучился в Княгининском политехническом техникуме. После его окончания был задействован в основном в сфере строительства — занимался ремонтом квартир.
С 2013 по 2019 годы работал в детской поликлинике номер 18 – мастером по ремонту здания. Потом трудился сам по себе и сам на себя. А в 2022 году началась Специальная военная операция, и я, подписав контракт, ушел на фронт…

— Когда служили на Северном Кавказе, довелось принимать участие в боевых действиях?
— Мы базировались во Владикавказе и выполняли миротворческую миссию — по разрешению осетино-ингушского конфликта, который разгорелся в 1996-1998 годах. Боролись с саботажем, бандформированиями, с разборками ингушей и осетинов. Я служил водителем-механиком БМД — боевой машины десанта.
Первая чеченская война к этому времени закончилась. Войска из Чечни выводили в 1996 году… А в 1998-м, когда увольнялись, дело шло уже ко второй Чеченской войне. Поэтому чеченские кампании меня обошли стороной.

— На СВО ушли добровольцем или по мобилизации?
— Я ушел до мобилизации, добровольцем. Как сейчас помню, контракт заключил 7 июля. А мобилизация началась в сентябре. Причем изначально брали на контракт только тех, кому до 40 лет. А тут продлили до 50, и я как раз подошел! Как-никак, у меня еще и золотой значок ГТО имеется (улыбается).

— В какие войска определили вас?
— Хотел пойти обычным штурмовиком, но в Автозаводском военкомате посоветовали: лучше — в штатные войска. А тут как раз стали набирать танковый батальон имени Козьмы Минина. Вот так я и отправился воевать – танкистом, на т-80!

— Что мотивировало вас пойти на СВО?
— Остались воспоминания из срочной службы. Были в горячей точке, но не повоевали. А профессия у меня – мужская, хотелось ее освоить в полной мере. Плюс, на тот момент сыну было 17 лет. И я прекрасно понимал, что если мы не наведем порядок на Украине, это придется делать нашим детям. Как это было в Чечне в 90-е годы, когда бестолковых, ничего не умеющих 18-летних пацанов бросали в пекло. Хотел, чтобы новое поколение не видело этих ужасов.

— Цели СВО, которые озвучил Владимир Путин — денацификация и демилитаризация, имели значение лично для вас?
— Безусловно! Все симптомы фашизма расцвели на Украине. Ненависть к русским, оскорбления, ущемления в правах – всё это и привело к конфликту. Причем далеко не все население поддерживало антироссийскую политику. Находясь в зоне СВО, мы это на себе ощутили в полной мере. Многие местные жители встречали нас с радостью, со слезами на глазах. А кто-то, наоборот, потворствовал бандеровцам. Такие тоже были…

— Вы подписали контракт летом 2022 года. Что происходило дальше?
— Прошли обучение на танкистов в Питере и… Получили танки, пересекли «ленточку». Закинули нас в Запорожье, где провели три месяца, после чего передислоцировали под Луганск. Там были уже полевые условия и шли активные боевые действия.

— Какие задачи выполняли?
— Мы находились под Кременной в Луганской Народной Республике. Задача стояла – выходить на прикрытие, непосредственно на танках в пекло не лезть. Вообще в современной войне танк является уязвимой целью, поскольку имеет большие габариты и быстро отслеживается с воздуха. Но если, например, у пехоты возникали проблемы, помогали — делали огневой штурм. Либо работали с дальних позиций, с укрытий.

— Как получили ранение?
— Это произошло уже под Лисичанском, который расположен также в Луганской Народной Республике. Прилетела 120-милиметровая мина, прилетела сзади… Командиру роты оторвало ногу – его не довезли до госпиталя, истек кровью. 25 лет ему было всего… А я остался без руки… Меня вытащил парень, который через пару месяцев сгорел в танке… Вот такая она – война!

— Что было дальше?
— Отправили в Москву – в центральный Военно-клинический госпиталь имени Вишневского. Четыре месяца — там. Потом был уволен из Вооруженных сил, поскольку была присвоена инвалидность. Хотел пойти работать в военкомат, но из-за бюрократических моментов не попал. И вот в прошлом году устроился в Социальный фонд России.

— Расскажите про свою семью.
— Супруга, сыну – 19 лет, учится в техникуме. Дочке – 9 лет, учится в школе. Ждем третьего ребенка!

— Когда уходили на СВО, семья поддержала ваше решение?
— Нет. Более того, супруга даже уничтожила мои документы: сожгла паспорт с военником. Но я все восстановил и все равно ушел на фронт. Жена, мягко говоря, была не в восторге от этого. Но сейчас, по прошествии времени, пришло понимание. А на тот момент, конечно, ей было тяжело это принять.

— А у вас со временем отношение к собственному решению не изменилось? Если бы была возможность «отмотать» историю назад, поступили бы также?
— Наверное, да, все равно пошел бы на СВО… Вот уже там, пожалуй, постарался бы избежать некоторых моментов, сделал бы что-то иначе. Все-таки не сразу мы осознали, что война на Украине несколько иная, чем в Афгане или в Чечне. И на момент начала Операции не хватало информации, как надо вести боевые действия. Те же «птички» — да, о них говорили, но как с ними бороться? Тем более, враг стал использовать дроны с боевыми припасами…

— Как вы считаете, за четыре года СВО многое изменилось?
— Безусловно. Видно, что российские войска продвигаются. И нет сомнений, победа будет за нами! По-другому и быть не может! Нас еще никто не победил. И не победит!

— Как пересеклись ваши пути с Центром развития спорта «ПАТРИОТ»?
— Еще в начале лета 2025 года ко мне подошел мужчина на Автозаводе, представился и предложил попробовать себя в… футболе! Но на тот момент было много домашних дел, и я как-то не отреагировал. А вот совсем недавно тема возникла вновь, благодаря Алексею Крюкову, с которым мы сейчас вместе работаем в СФР. Он сказал, что принят в команду Центра развития спорта «ПАТРИОТ», и ему очень нравится. В общем, и меня сагитировал.

— Какие первые впечатления от тренировок?
— Тренировки проходят очень интересно: и с нагрузками, и с разными упражнениями. И в то же время – весело! Помню, последний раз играл в футбол лет 20 назад. И вот теперь словно в молодые годы вернулся!

— Тогда тоже ворота защищали?
— В детстве играл на всех позициях, в том числе и в воротах. Так что, вратарский опыт имеется (улыбается).

— Теперь, наверное, немало времени приходится на стадионе проводить?
— Вы знаете, самое главное то, что появилось желание не просто проводить время на стадионе, а бегать, играть, добиваться каких-то результатов. Затянуло! А недавно познакомился с руководителем, пообщались о целях команды и предстоящих соревнованиях, сразу выдали спортивную экипировку. И у меня – «номер один», это ко многому обязывает!

Беседовал Владислав ЕРОФЕЕВ